04.02.2010 Регионы

Стрелка компаса

Событием в мире книгоиздания стал недавний выход в свет роскошного фолианта «Махмуд Эсамбаев. Танец над бездной». Книга представляет собой воспоминания и размышления о судьбе артиста, записанные его коллегой по Чечено-Ингушской филармонии Мусой Гешаевым. «В семилетних трудах родилась эта книга, в которую я вложил свое сердце и всю свою любовь к этому великому чеченцу и гениальному танцору», - признается автор в предисловии.
Богато иллюстрированный 600-страничный том энциклопедического формата отпечатан в Италии тиражом 3000 экземпляров. К фолианту приложен DVD-диск с видеозаписями.
Мы предлагаем читателям отрывок из главы, повествующей о знакомстве Махмуда Эсамбаева с будущим президентом Ингушетии Муратом Зязиковым.
Я в гостях у Махмуда… Пьем чай с рыбкой и икоркой, еще дышащими рекой и морем. Махмуд выглядит усталым: глаза в мутной поволоке, под глазами мешочки от бессонницы, - а спать и отдыхать он не желал. Монолог его я до сих пор храню в памяти. Неожиданный разговор и для него был парадоксальным. Он говорил о власти, хотя эту тему, как и ее героев, он не жаловал. И не просто так говорил он о властной структуре, не вообще, а о высокой власти Богом избранных людей. Он рассказал мне о встрече с Муратом Зязиковым, тогдашним заместителем начальника УФСБ по Астраханской области.
- Вот ведь как раньше было, - говорил он, задавая себе и как бы всем нам риторическое упражнение. - Был царь. А нам хотелось, чтобы был добрый царь, некий Берендей из «Снегурочки» великого чаровника и драматурга русской речи Островского. Возможен ли добрый царь? Гм... - Махмуд смеется. - Увы! А если не царь, если уже в демократическом обществе... Ну, наши свежие дела понятны: Политбюро, ЦК, устав партии, интриги, топор и плаха... и иезуиты! Тут делать шаг в сторону смертельно опасно. А колея в коммунизм сплошь рытвины, ухабы и рвы, хотя впереди и сияет светом солнышко всеобщего блага. И вот другие времена. Перестройка оседает пеплом и пылью. Что дальше? А дальше опять ломать голову: как жить? Царь сам себе хозяин. Так бы надо, да вот не выходит, опять нужен поводырь, указатель пути, вождь, стало быть. Вот, Муса, есть такой мудрый приборчик с детскую ладошку - компас называется. Ты его крутишь, как хочешь, а стрелка прыгает к своему полюсу. Вот и крути компас, иди за стрелкой. Что тут важнее? Как ты думаешь?
- Компас, - говорю я, - вся система прибора.
- А вот и нет. Важнее магнитное поле и стрелка, которая указывает направление. Вывод: настоящий лидер - это стрелка, чувствительная к подспудным, из недр, глубинным силам бытия. А народные массы - это корпус компаса. Такой лидер улавливает мудрое и потаенное магнитное поле своего народа, то есть правильное направление. Страшно, когда нарушается механизм компаса, когда испорченная стрелка мечется по кругу, тогда народ можно повернуть, куда угодно. Улюлюкая, кряхтя и вопя, массы снова идут в тупик, эта железобетонная стена рушится в революционной ломке и тонет в море крови, - тут Махмуд, как бы опомнившись, восклицает: - А! Я ведь хотел рассказать тебе о Мурате Зязикове! И вот ведь... отвлекся, - смеется. А может, и не отвлекся, а сделал некоторое философское вступление к теме власти.
Лицо Махмуда становится строгим. Долгая пауза. За окном светлеет, косо падают листья, сбиваются в стаи и отдаются воле ветра, катятся ворохом, гурьбою по асфальту, бросаясь под ноги прохожим и летящим, вечно спешащим столичным авто. Голос Махмуда энергичнее, чувствуется напор пережитого им убеждения.
- Мы долго говорили с Муратом Зязиковым: очень порядочный, скромный, добрый, достойный и очень совестливый. Замечательный, хлебосольный семьянин. Вот ведь военный человек, а есть удивительная интеллигентная основа. Горец - интеллигент. Звучит! Корни вайнаха. Образование и разумное его применение, ни одного слова ради красного словца - вот тебе, Муса, власть настоящая, народная. Ее новый тип. Генералы входили во власть через войны и губернаторства. Вспомнишь, Муса, мои слова - быть Зязикову генералом, а потом и настоящим лидером своего народа. Верь мне! А как он понимает наши вайнахские обычаи: и со стороны горного аула, и с вершин наших великих кавказских гор, и с европейских позиций! Понимаешь, есть Эльбрус и Казбек, а есть европейский Монблан, а еще подпирают небо заоблачные выси всемирного Эвереста. Понимаешь о чем я? - Я согласно киваю. - Власть - дело очень сугубое и не простое по человеческим меркам. Что хорошо простому человеку, то не подходит большому лидеру - вождю, который должен гасить в себе доброту, совесть, жалость, душевный покой, раздумчивость, любовь, свободу в поступках и чувствах. Понимаешь, Муса, массами надо руководить, вести их жестко, а подчас и жестоко. Личные дела - это да, все что гуманно, справедливо и любвеобильно, возможно и необходимо, в семье, например. А в политике, во власти под руками столько кнопок и рычагов, да еще штурвал надо держать, а вокруг бушует непогода. А еще протокол, отсутствие досуга, публичная сверхнаглядность... Да, Муса, все это так. Но мы должны уходить от властной обреченности и абсолютности царей и диктаторов. Как? Нынешнее время позволяет. Демократия все еще в детских подгаженных ползунках. Но ведь ребенок становится отроком, потом юношей, а дальше неминуема зрелость мужа. Понимаешь, возрастает грамотность народа, растет самосознание, проклевывается свобода - все это становится необходимостью, при демократии выдвигают новых лидеров, в которых и доброта, и ум, и мудрость, и интеллигентность, и физическое состояние. Тут важна интеллигентность, которую я определяю как внутреннюю культуру и деликатность. Будут такие лидеры. Они уже идут во власть. А свобода слова, гласность, общественный контроль - это охранная грамота руководителю, его магнитное поле. И тогда стрелка компаса будет указывать путь к истине. А компас... Был бы здрав, крепок телом и духом, был бы свободен любой народ, в том ряду и наш, чеченский, и братский нам ингушский. Слияние народов нам ни к чему, а дружба - прежде всего, - Махмуд лукаво усмехнулся. - Я, Муса, не пророк и не болгарская незрячая провидица Ванга, но быть Мурату Зязикову лидером своего народа! Он настоящий Вайнах, искренне любит свой народ, даже далеко за пределами родины, - мельком провел пальцами руки по лбу, как бы сбросил с него паутину. - А что касается протокола? Ох, и гидра эта! Крадет у достойных людей возможность думать в волю, читать хорошие книжки, говорить с друзьями о всяком разном, сидя в мягких креслах... У тебя опять остыл чай...
В 2002 году Мурат Магометович Зязиков действительно становится президентом Ингушетии, как и предсказывал мудрый Махмуд. Он как созидатель очень много сделал для того, чтобы его республика стала красивой и процветающей. Это всегда будут помнить его земляки. У Мурата один недостаток: он чересчур порядочный, а это не всегда понимают окружающие, особенно в политике, которую он делал и делает чистыми руками и с чистыми помыслами. Он служит верой и правдой своему народу, не щадя себя.